Иван-Царевич бродил по лесу, выискивая стрелу.

- И где она, мать ее? Сюда же стрелял. В лес. Логичнее, конечно было выстрелить в поле, но там - подсолнух. Потом по подсолнухам носиться, искать... Нереально. Лучше в лесу.

- Не стрелу ищешь, добрый молодец? - голос лягушки был на удивление низким и мелодичным.

- Ее треклятую. Не падала тут?

- Вот она. Она?

- Она вроде. Похожа. Наконечник золотой... Понимаю, что глупо. Понимаю, что расточительно. Традиции, мать их... И жениться уже давно можно по-человечески. Так нет же..

- В жены меня хочешь взять?

- Не хочу. Но придется. Слово дал. Где упадет стрела - там и женюсь.

- Женишься? Обещаешь? Точно? Обратку не дашь потом?

- Слово царевича! Падлой буду!!! Чего уж? Не первое поколение царевичей так женится. Кому больше везло, кому меньше. Чего там делать надо?

- Целуй меня.

- Фиии, жаба... Ну, чего уж там? Цалую....

БЗДЫЖШЬ!!!!! Поляну заволокло туманом... Из тумана шатаясь появился царевич.

- Фигассе!! Ну где ты там, ненаглядная? Покажись мужу.

Из тумана вышел юноша. Странный какой-то. Женоподобный весь.

- Не понял. - удивился царевич - Пацан, ты тут царевну не видел?

- Недоросль... - жеманно захихикал юноша. - Самца лягушки отличить от самки не могут, а туда же - жениться. Дал слово - держи. Ты на мне жениться обещал, праативный...